воскресенье, 27 апреля 2014 г.

Неделя тридцать четвертая. Владимир Васильев "Педагогический арбуз"

Книга Владимира Васильева «Педагогический арбуз» попалась мне на глаза случайно — увидела забавное название в нашем каталоге читательских рецензий и поняла, что познакомиться с текстом будет любопытно: наверное, будет история о школе, рассказанная с юмором и легкостью (так мне показалось исключительно по названию). 

Собственно, мои ожидания и представления о повести меня не обманули. В центре повествования — история выпускника школы Герасима, который после окончания школы идет работать  вожатым в лагерь, затем в школу. Герой знакомится с разными людьми, детьми и взрослыми, проходит не всегда легкий путь собственного становления, постигает педагогическую науку... Где-то это получается у Геры (Герасима Борисовича) сразу, а где-то он ошибается, принимает неверные решения, но неизменно старается сделать так, чтобы было лучше и правильнее. Обо всем этом автор, Вл. Васильев, рассказывает с легкостью и юмором, хотя за этим скрыты вполне серьезные мысли.

Товарищи! Никогда не кричите на человека. Даже если он хам. Очень противно это - кричать так, что отделяешься сам от себя и слышишь свой голос со стороны. 

За что учителя любят школу? Каждый, наверное, ответит по-своему. <...>
— Люблю школу за то, что в ней всегда что-нибудь случается, — улыбнулась Вера Николаевна и, отложив все дела пошла на место происшествия. 
Мне часто теперь приходит в голову, что настоящий учитель - оптимист до мозга костей. Потому что самое страшное в его деле - опустить руки.

В педагогическом «тет-а-тет» вся ответственность ложится на плечи одного. Какая же это должна быть голова!

И конечно, не обойдется в жизни нашего героя без старшего товарища, наставника в нелегком педагогическом труде, учителя литературы Вартана Сергеевича. Одна притча о феях, появившихся у колыбели будущего словесника чего стоит!

Понимаешь, педагогика — такая штука. В ней, как в картине великого художника, нет мелочей и ненужных деталей. Все играет. Все должно играть. 


Картинка отсюда

четверг, 24 апреля 2014 г.

Неделя тридцать третья. Марина Аромштам "Жена декабриста"

18+

Ранее прочитанные книги Марины Аромштам: «Когда отдыхают ангелы» (отзыв) и «Как дневник. Рассказы учительницы»  (отзыв) - произвели на меня сильное впечатление. Поэтому ожидания перед чтением книги «Жена декабриста» были велики, но... Иногда появляется это «но»... Не могу сказать, что книга меня вовсе разочаровала, но и восторгов особых я не испытала. Но, пожалуй, по порядку.

Читая авторское послесловие, я понимала, что в какой-то момент уловила идею книги: «... я написала антисталинскую и антитоталитарную книжку. Я хотела показать, как насилие, учиненное над родителями наших родителей, его сокрушительные последствия настигают нас через три поколения. Как последствия эти вторгаются в святая святых, прямо вглубь человека, искажая то, что, казалось бы, совсем не имеет к нему отношения,  — нашу способность любить , а вместе с нею — всю жизнь». Однако этот замысел, как мне показалось, имеет не так много общего со своим воплощением. 

Конечно, можно говорить о женской судьбе, повторяющейся из поколения в поколение, о попытках сопротивляться этому повторению, о том, что как бы ты ни сопротивлялся, судьба возьмет свое. Но дело разве в сталинизме и тоталитаризме? Асе, героине книги, хочется изменить свою судьбу, пройти другой путь, не такой, как у ее мамы и бабушки. Желание понятное. Но подход к его осуществлению, мягко говоря, не умный. Бестолковые и сумбурные действия, которые приводят к тому, что выбирает героиня не того человека (вообще говоря, по ходу чтения книги мне не раз хотелось стукнуть или хорошенько встряхнуть Асю). Хотя, возможно, рождение у нее ребенка, мальчика, и есть тот самый способ выйти из замкнутого круга женских судеб. 

И как будто всего лишь фоном рассказывается о распространении запрещенной литературы, об идеологических беседах, эпизодом проносится история об однокласснике, вернувшемся в цинковом гробу из Афганистана, быстро забывается о том, что в школе нужно рисовать карандашами, потому что рисование красками идеологически вредно (и именно поэтому героиня не хочет возвращаться работать в школу, а становится «демонстратором узкопленочного кино», то есть попросту киномехаником)... И в общем-то понятно, почему так происходит: бОльшая часть повествования отдана на откуп любви. Любви, которую героиня поначалу никак не хочет замечать, любви, которую в какой-то момент предает, любви, развивающейся по всем законам жанра мелодраматического сериала...


среда, 16 апреля 2014 г.

Неделя тридцать вторая. Лия Симонова "Круг"

Повесть Лии Симоновой  «Круг» написана в 1988 году (или в 1989 - не смогла найти точную дату). Это книга о школе, о взаимоотношениях учителей, учеников и их родителей, о том, возможно ли найти понимание между ними. 

Место действия — элитная показательная школа. Так принято считать в учительской среде, а вот дети считают ее показушной. И это верно, потому что за внешним лоском скрываются непрофессиональные педагоги, конфликты между учениками и учителями...

В центре сюжета — противостояние старшеклассников с учителями. И хотя проблема взаимоотношений в школе актуальна и по сей день (быть может, даже сейчас в бОльшей степени, чем в 80-е), в исполнении Лии Симоновой она мне показалась излишне утрированной. Как излишне утрированы оказались и образы героев, слишком уж прямолинейны.

Учителя. В повести мы встречаем довольно классические типы: сомневающийся учитель, ни во что не вмешивающийся учитель, учитель - противник всего нового, молодой учитель, подающий надежды.... Какими бы разными ни были взгляды у педагогов на воспитание детей, у них есть общая черта: они оказываются беспомощными перед детским бунтом, не способными его погасить так, чтобы не «перегнуть палку», так, чтобы дети были не задавлены, а поняты и услышаны. И действительно страшно звучат слова директора школы после конфликта с одной из учениц: 

Я не знаю, что должен делать учитель, когда ученик угрожает ему? – сухо пояснила свою позицию Надежда Прохоровна, и Анатолий Алексеевич увидел на ее лице следы бессонных ночей. – Когда я не знаю, как поступать, я не поступаю никак. Не обессудьте. Не вступать же мне в противоборство с девчонкой на равных. Хотя я больше для нее не учитель: грубостью и угрозами она лишила меня этого права. Понимаете? Это страшно.

Страшно бессилие и отчаяние.

И даже молодой учитель истории, которому, как кажется, в какой-то момент удается найти ключ к взаимопониманию с детьми («их не как-нибудь надо выслушать, а так, как это делали старые доктора, прикладывая ухо к самой груди»), не может спасти ситуацию. И он сам в себе не уверен. По иронии судьбы в аспирантуре ему предложили написать диссертацию на тему: «Личность и коллектив в условиях реформы средней школы». А можно ли писать об этом, если сам не в состоянии справиться? Автор повести пишет о своем герое:

Новому времени нужны были новые идеи и новые люди. Он был молод. Но был ли он новым?..

Анатолий Алексеевич обнаруживал и в себе то же бессилие. 
Что принесет он детям, заменив Викторию Петровну? 
Что нового скажет своей диссертацией, если не поймет, как выбраться из страшного круга, в котором так тесно переплелись мертвые и живые?

Ученики. Советские школьники, живущие в сложное время (последние годы существования Советского Союза). Но дело не во времени вовсе. А в них самих. Единственное, что их объединяет, — это борьба со взрослыми, и они жестоки в этой борьбе. А между тем внутри коллектива все же нет единства, потому что дети сгруппированы, что называется, «по интересам»: кто-то борется за лидерство в классе, кто-то — за парня, образуя любовные треугольники, кто-то — за место в комсомоле или возможность поехать с концертом за границу. 

Образы учеников узнаваемы, как узнаваемы и их проблемы, мечты и несбывшиеся надежды, их комплексы и реакции на происходящие события. Они жестоки ко всем: и к учителям, и к родителям, и друг к другу... Но это не причина — это следствие.

... и пытался представить себе, что посоветовала бы ему мама? Вспоминая, как она пришла однажды из школы, потрясенная жестокостью своего ученика, долго не могла успокоиться и говорила, что дети становятся жестокими и неуправляемыми, когда теряют веру во взрослых, уважение к их словам и поступкам. 


Он спросил тогда, как же поступать в такой момент? И мама не задумываясь ответила: «Только не выяснять отношений. Бесполезно. Влиять в такой момент бесполезно». Улыбнулась и добавила: «Поступать надо как труднее всего — лечить терпением, ждать и надеяться. Если не на полное выздоровление, то хотя бы на улучшение душевного самочувствия...»

И все же это дети. Все разные, но в исполнении автора повести их характеры вполне типичны. Ну у кого в классе не было первой красавицы и ее антипода, парня, который способен очаровать каждого, но в душе которого — пустота, комсомольского активиста, правдоискателя и т.д.? Это дети, чье мнение никого не интересует: ни в школе, ни дома, — но эти дети уже выросли, они личности, которые хотят, чтобы их услышали и поняли. Поэтому горько звучат слова, которые они пишут о себе и мире вокруг:

Взрослые народ загадочный. Некоторые черствы, другие заносчивы, а иные назойливо добросердечны. А те, о ком Сент-Экзюпери сказал: «Я долго жил среди взрослых. Я видел их совсем близко и от этого, признаться, не стал думать о них лучше», - враги. 

У нас переходный возраст. Формируются наши взгляды, характеры, вкусы, отношение к жизни, а мы то и дело сталкиваемся с грубостью, цинизмом, лицемерием и фальшью. Может, это хорошо? Закалимся?

Равнодушный стал, потому что никто меня не понимает, даже лучшие друзья. 

Мир, в котором мы живем, ужасен. Все лгут, притворяются, тянут одеяло на себя. 

Моя наипервейшая цель — как можно больше знать. Вам покажется странным услышать такое признание из уст неуспевающего ученика. Но мне так скучно учиться в школе, что я не знаю, дотяну ли до аттестата?

Меня оскорбляет, что люди старше меня всего на пять-шесть (не более десяти) лет относятся ко мне и моим сверстникам как к детям. Еще больший разрыв происходит с поколением, чья молодость прошла во время правления Иосифа Виссарионовича Сталина. Эти люди не способны к решительным действиям, могущим дать результаты. Может быть, что-то сможем мы? 

Один древний греческий философ, не помню, какой, сказал что-то вроде того, что нужно свернуть с проложенного пути. Пусть ты заблудишься, но зато сам найдешь дорогу к солнцу и свету. Пускай я буду спотыкаться и падать, но подниматься и идти вперед. Главное — идти. Своим путем. Не хочу правдами и неправдами в институт, хочу просто работать. И чтоб рядом друзья и девчонка, которая мне нравится. 

Конфликты с родителями и учителями происходят, по-моему, из-за неумения взрослых общаться с детьми. 

Наверное, мы несчастливое поколение, потому что не доверяем друзьям, а тем более взрослым. Взрослые, превратив нас по подобию своему в консервные банки с удобной для них начинкой, забыли приложить к этим банкам ключи и сердятся, что не могут открыть. На кого сердятся?

И права оказывается бабушка одной из героинь в том, что изначально есть «трудные взрослые»...

четверг, 10 апреля 2014 г.

Неделя тридцать первая. Павел Санаев "Похороните меня за плинтусом"

О книге Павла Санаева «Похороните меня за плинтусом» слышала уже очень давно: и в связи с тем, что повесть автобиографическая (конечно, любопытно, когда автор пишет о своих близких и не очень, среди которых Всеволод Санаев, Ролан Быков, Елена Санаева) и в связи с вышедшим в 2009 году фильмом, снятом по мотивам повести. Честно говоря, думала, что этот «автобиографический момент» сыграет злую шутку: будет ощущение, что подсматриваешь через высокий забор и копаешься в чужом белье. Но (конечно, это очень субъективно) первые же несколько страниц книги заставили забыть меня о нем. Собственно, вспомнила я об этом только тогда, когда села писать отзыв.

В центре повествования — история восьмилетнего мальчика, живущего вместе с бабушкой и дедушкой, потому что бабушка не доверяет воспитание ребенка своей дочери. С первых же страниц книги на нас обрушивается лютая ненависть и огромное количество бранных, грубых слов, среди которых «идиот», пожалуй, самое безобидное. И, конечно же, нам, читающим, не остается ничего другого, как испытывать чувство негодования по отношению к этой старухе, которая, вероятно, выжила из ума, потому что каждый день так прессовать ребенка, говорить ему, что до 16 лет он не доживет, так как «сгниет заживо», может только психически нездоровый человек.

Потом мы не можем понять, как же так случилось, что, другой человек, живущий вместе с бабушкой и внуком, дед, остается в бездействии и не может защитить ребенка. Неужели он настолько слаб, что не может противостоять жене? Откуда это безволие?

А мать. Кто она? Жертва тирании собственной матери, тоже безвольное и бесхарактерное существо или, как говорит бабушка, «беспутная» женщина, которой собственное спокойствие и новый муж, этот «карлик-кровопийца» дороже, чем ребенок?

И ребенок. Мальчик, постоянно болеющий, вынужденный жить в таких обстоятельствах, когда приходится смеяться над мамой, чтобы не рассердить бабушку. Бабушку, которую боится, и все-таки любит, называя «баба», «бабонька». Мальчик, уже научившийся хитрить и изворачиваться, потому что понимает, что если не будет этого делать, то не увидит свою любимую «Чумочку» (маму) никогда.

Жуткая и уродливая картина..Но мне показалось, что под конец она меняется, потому что вдруг начинаешь испытывать неимоверную жалость, когда читаешь монолог старухи, стоящей под дверью квартиры дочери и пытающейся вернуть своего внука. По сути одинокая и несчастная женщина, ставшая врагом всем и сама загнавшая себя в угол. Женщина, которая, как это ни странно, делает все во имя любви. Просто такая вот любовь...

P.S.: а фильм я обязательно посмотрю.


вторник, 1 апреля 2014 г.

Неделя тридцатая. Андрей Жвалевский, Евгения Пастернак "Время всегда хорошее"

Книгу Андрея Жвалевского и Евгении Пастернак «Время всегда хорошее» выбрала по нескольким причинам. Во-первых. после «Короля Матиуша Первого» Януша Корчака (отзыв) хотелось прочесть что-нибудь легкое и незамысловатое. Во-вторых, знакомство с авторами было связано с «Правдивой историей Деда Мороза» (отзыв) и оставило добрые и светлые воспоминания об этой книге. В третьих, «Время всегда хорошее» — одна из самых популярных книг у читателей нашего проекта: если верить каталогу рецензий, то там есть уже 4 отзыва. 

Хотелось легкого и замысловатого — собственно, так и получилось. Сюжет прост: мальчик Витя из уже далекого 1980-го года меняется местами с девочкой Олей из 2018-го года (кажется, что-то подобное было у Кира Булычева). Конечно, каждому из героев будет нелегко: времена -то разные. С одной стороны — пионерия, четкая линия коммунистической партии, очереди в магазинах и радость от гастрономических «наборов» по случаю («Очередь- это когда через весь магазин тянется колбаса из людей, чтобы купить кусок колбасы из коров....»), но при этом есть радость живого общения, когда настроение не нужно передавать при помощи смайликов, потому что его видно по глазам. С другой стороны — полностью компьютеризированный мир, где дети потеряли способность разговаривать друг с другом, где реальный мир практически полностью заменился виртуальным («Я честно пыталась сосредоточиться, но смысл того, что говорила русичка, от меня ускользал. Зачем мне запоминать стихи, если на Гугле я найду их в три секунды? Зачем самой придумывать все эти красивые слова, если они уже давно все написаны и выложены, украшенные разными шрифтами?»)

Так где лучше? И можно ли вообще найти это «лучше»? Да и надо ли? Наверное, нет. Ведь, по мысли авторов книги, в разные эпохи есть свои плюсы и минусы, но, как бы там ни было, «время всегда хорошее», и многое зависит от нас самих.